«Срывание цветков» - так переводится с латинского слово «дефлорация». В реальности этот процесс напоминает, скорее, попытки вырвать из земли многолетний сорняк, чем срезание свежих розовых бутонов

Каждый мужчина, хотя бы однажды столкнувшийся с дебютанткой, согласится с тем, что непростая это работа. Секс с девственницей - удовольствие сомнительное (ну только если по большой любви). Мужская часть некоторых племен и народов не придумала лучшего способа избавиться от работы первооткрывателя, чем свалить ее на пришлых ребят. Одним из первых направлений секс-туризма был Малабарский берег на юго-западе Индии. Приезжим были рады не только засидевшиеся в девках дикарки, но и их мамаши. Ведь первая ночь с чужаком не просто традиция, а необходимость. На переспелую девственницу не глядел ни один односельчанин, и сбыть ее с рук родителям не удавалось, по крайней мере внутри племени. А вот интуристу полагались щедрые подарки от семьи бывшей девственницы. В некоторых других индийских племенах, поселившихся, видимо, вдалеке от курортной зоны, жители справлялись собственными силами. Кадеберизы -так называлась специальность мужчин, в обязанности которых входила дефлорация девушек на выданье по просьбе родителей. Решение, как правило, принимала мать, которая могла оценить готовность дочери. Для процедуры кадеберизы использовали лингамы -символы Шивы и его плодородия в виде пениса из камня, дерева, кости и глины. С одной стороны, у девушки, теряющей невинность с папье-маше, страх и боль ассоциировались с необходимой традиционной процедурой, а не конкретным партнером. Поэтому древние девственницы испытывали страх лишь перед обрядом, а не собственно сексом.

Но на самом деле все эти меры оберегали от стрессов в первую очередь самих мужчин. Новая, никем не изведанная территория представляла опасность для самцов, которые могли стать жертвой проклятья. Этот мужской страх получил воплощение в распространенной у древних сибирских племен притче о зубастой вагине - символе необъезженной самки. В одной народной сибирской сказке рассказывается, как двое охотников, остановившихся на ночлег у женщин, пали жертвой своей похоти; спасся лишь третий, который обломал зубы вагины, подсунув ей сперва камень.
У многих современных мужчин сексологи отмечают страх перед девственницами, который, по мнению специалистов, достался им от боязливых предков. Этот страх носит название виргофобии. Так что можешь прикрываться этим умным словечком, когда друзья называют тебя неудачником.

Фокус с исчезновением

Во многих африканских племенах риск быть укушенными во время лишения девственности брали на себя верные товарищи жениха. Ритуал дефлорации невесты соплеменниками был загримирован под изнасилование девушки соплеменниками в лесу. При этом в лес невеста шла по доброй воле, убегая со свадьбы в положенный час. Кстати, обычай кражи невесты был распространен и намного севернее. У славянских племен невесту со свадьбы воровал колдун, который должен был перед первой брачной ночью очистить невесту. Официально обряд очищения предполагал помывку и пропарку, но иногда факиры решались на свои коронные фокусы «без рук». (У других народов и племен по всему миру эта обязанность могла ложиться на плечи почетного гостя, жреца, отца невесты, старейшины племени.) С развитием института семьи кража невесты стала носить символический характер: дружки жениха просто целовали девушку сквозь фату. А наши современники и вовсе забыли суть этой милой традиции.

Мама лучше знает

Это сейчас набожные южноамериканские мамочки ревностно блюдут дочкину честь, даже когда самой дочке она уже в тягость. А до распространения христианства на территории Латинской Америки хорошей мамой считалась та, что помогала дочери избавиться от своего «сокровища». Перуанки, например, лишали своих дочерей девственности самостоятельно - ловкостью одних только рук. Причем вся процедура происходила на глазах соседей и потенциальных женихов, которым гордая мать демонстрировала новоиспеченную женщину, готовую к замужеству. А в Колумбии жили еще более нетерпеливые родительницы, которые протыкали плеву пальцем,как только им подносили новорожденную девочку, объявляя при этом, что на свет родилась женщина.

Отдайся - не ломайся

Античные люди, известные противники многих условностей, запросто вступали в гомосексуальные связи, ходили в баню с юными мальчиками, отдавались ослам и, конечно, друг другу с большой охотой. Такой мелочи, как девственность, никто сакрального значения не придавал. Римский акушер-гинеколог Соран Эфесский, живший в I веке нашей эры, вообще поставил всем девственницам вполне конкретный диагноз: закупорка влагалища. Соран предписывал девам срочно раскупориваться, причем в идеале - до начала первых месячных, потому что наличие плевы может сбить менструальный цикл и привести к проблемам с деторождением. Любая девочка могла раскупориться в храме Афродиты, отдавшись незнакомцу. Тянуть с походом в храм не стоило:хранение девственности вызывало недоумение и считалось, скорее, признаком непривлекательности. Исключение составляли лишь весталки, жрицы богини Весты, которые хранили невинность по религиозным убеждениям и могли отдаваться только императору, при этом все равно оставаясь девственницами. Ну, потому что с императором не считается. Но любого другого соблазнителя весталки забивали камнями и палками до смерти.

Действуй, сестра

Случалось и так, что желающих срывать цветки не находилось ни среди чужаков, ни среди родственников. Например, девственницы некоторых индийских племен вынуждены были отдуваться самостоятельно, так как обычай требовал принести свою девственность богу Линга. Под жертвоприношением имелся в виду секс с богом, но поскольку сам бог не мог присутствовать, его заменял деревянный истукан с отполированным фаллосом. Теряя свой цветок любви, барышня могла взамен тут же приобрести целый букет: о гигиене священного члена мало кто заботился.

Отличается умом

Классик мировой литературы Джейн Остин не планировала становиться знаменитой девственницей, но вдохновилась примером старшей сестры. У той от лихорадки погиб жених, и она поставила крест на личной жизни. Джейн любила вечеринки, танцы и внимание кавалеров, ее неженский умище отпугивал мужчин. Да и природная сдержанность девушки не способствовала романам. Она не была хорошенькой, а ее богатый внутренний мир мало кого интересовал. Позже Джейн Остин написала роман «Гордость и предубеждение», где ее альтер-эго встречает своего принца. Впрочем, однажды роман у Остин все-таки случился: в 20 лет она получила предложение руки и сердца от соседа из такой же бедной семьи, как и она сама. Родители Джейн не пожелали отдать ее замуж за голодранца. А бывший жених впоследствии дослужился до верховного судьи Ирландии, ха-ха.

Нежаннское это дело

Орлеанскую девственницу Жанну д'Арк интересовали более увлекательные вещи, нежели банальный секс: война, видения, голоса в голове, предсказания и ясновидение. Под предводительством божьей посланницы измотанные французские войска брали бастионы, шли в наступление и обращали захватчиков-англичан в бегство. За это англичане выкупили Жанну у бургундцев (перешедших на сторону врага) и сожгли. Французское правительство не сделало ничего для пленной Жанны, благодаря которой Франция получила перевес в войне. Мужчины всегда найдут способ поматросить и бросить.

Не очень шальная императрица

Будущая королева Англии и Ирландии Елизавета родилась в 1533 году, став второй дочерью короля Генриха VIII. Король страстно любил мать Елизаветы, Анну Болейн, свою вторую жену и бывшую придворную фрейлину. Впрочем, он любил и первую супругу, но развелся с ней, потому что та не могла родить ему сына. Бракоразводный процесс был длительным и конфликтным, поэтому Болейн, которая также не произвела на свет наследника, была просто казнена по сфабрикованным обвинениям в измене. В 1537 году третья жена короля, Джейн Сеймур, родила в мучениях мальчика и через несколько дней скончалась. Генрих был женат еще трижды: с четвертой супругой он развелся через полгода после свадьбы, пятую казствием отцовских крутасов у юной заветы сложилось весьма скептическое отношение к браку. Когда после смерти брата Эдуарда VI и старшей сестры Марии I (Кровавой Мэри) Елизавета наследовала престол, в Лондон потянулись вереницы женихов, среди которых был даже Иван IV Грозный. Молодая королева замуж категорически не хотела, отчего и получила прозвище «девственница». Правда, по слухам, девственность Елизавета подарила другу детства графу Роберту Дадли. Роман завязался во время совместной отсидки в Тауэре, куда их отправила мнительная Мария I. Сев на престол, Елизавета одарила возлюбленного должностью королевского конюха. Королева открыто заигрывала со своим фаворитом и периодически закатывала ему скандалы. А Дадли из любви к Елизавете даже отравил свою первую жену, но склонить королеву к браку ему так и не удалось, хотя их связь длилась